Понятие субъекта в психологии


Представление об объекте, предмете и методе науки составляет ее теоретико-методологический фундамент. Метод науки не может «родится» раньше ее предмета и наоборот, поскольку «вынашиваются» они. Разве что предмет науки первым «появляется на свет», а за ним - как его другое «я» - ее метод. Так, например, по мнению Бергсона, поскольку субстанция психической жизни есть чистая «длительность», она не может быть познана понятийно, путем рассудочного конструирования, а постигается интуитивно. Не случайно, поэтому, при рассмотрении вопроса о предмете психологии актуализируется проблема ее метода. При этом, как это уже бывало в истории, определение предмета науки может зависеть от сложившегося представления о том, какой метод считать подлинно научным. С точки зрения основоположников интроспекционизма, психика - это ничто иное как «субъективный опыт». Основанием для такого заключения послужило, как известно, представление о том, что исследовать психическое можно исключительно путем самонаблюдения, рефлексии, интроспекции, ретроспекции и т. Для ортодоксальных бихевиористов, напротив, психика как бы не существует, поскольку ее нельзя изучать с помощью объективных методов по аналогии с наблюдаемыми измеряемыми физическими феноменами. Ланге пытался примирить обе крайности. И все же особый интерес в контексте рассмотрения парадигмы «субъект-объект-предмет-метод» представляет позиция Абульхановой, которая связывает представление об объекте психологии с пониманием «качественного своеобразия индивидуального уровня бытия» человека. Уточняя свое представление о предмете психологии, Абульханова специально подчеркивает, что под предметом следует понимать «…не конкретные психологические механизмы, раскрываемые психологическим исследованием, а лишь общие принципы определения этих механизмов» См. Иными словами, в системе данных определений «объект» психологии отвечает на вопрос «Какой качественной спецификой обладает та реальность, которую должна исследовать психология? Предмет же определяется, по сути, методологически и отвечает на вопрос «Как в принципе следует эту реальность исследовать? То есть наблюдается своеобразный категориальный сдвиг традиционно понимаемого предмета психологии на ее объект, а метода этой науки на ее предмет. Вероятно, прежде всего, в том, что в результате соотнесения представлений о психологии как субъекте познания с представлениями об ее объекте, предмете и методе, можно будет получить более цельную картину основных определений данной науки. Попытаемся пунктирно наметить векторы, позволяющие увидеть эти категории в их содержательном соподчинении и взаимодополнении, «в их единстве, но не тождестве». «Психология и ее объект». Психология если ее признавать самостоятельной наукой выступает субъектом познания. Специфическим объектом для нее служит независимо существующая от нее психическая реальность. Качественная особенность психологии состоит в том, что она как субъект познания в принципе совпадает со своим объектом: субъект познает самое себя путем созерцания и созидания, через «самооткровение возможных самопревращений». При этом психология может утрачивать свой субъектный статус, если, например, будет скатываться к субъективизму, если какая-нибудь другая наука сделает психологию своим придатком или если по какой-либо странной причине объект психика начнет мимикрировать, перерождаться, превращаться в иную реальность. «Субъект и предмет психологии». Это смысловой и целевой вектор психологии. Если свой объект психология по определению как бы находит в готовом виде, то свой предмет она конструирует и определяет для себя самостоятельно в зависимости от сложившихся теоретико-методологических установок онтологических и гносеологических, аксеологических и праксеологических и др. В этом смысле можно говорить, что предмет психологической науки может претерпевать изменение в зависимости от характера социокультурных трансформаций. «Объект и предмет психологии». Если объект психологии репрезентирует психическую реальность во всей ее полноте и предполагаемой целостности как отдельное сущее, предмет этой науки несет в себе представление о том, что составляет квинтэссенцию психического, определяет его качественное своеобразие. Полагая, что качество субъектности наиболее адекватно репрезентирует сущностный потенциал психического и обнаруживает его онтическую несводимость к иным реалиям, логично утверждать, что именно понятие субъектности содержательно конституирует предмет психологии, утверждая ее в статусе самостоятельной науки. «Объект и метод психологии». Метод науки должен быть релевантным той реальности, которую предполагается с его помощью изучать. То есть, если объектом науки является психика, то метод ее должен быть собственно психологическим, не редуцированным к методам физиологии, социологии, философии и других наук. «Субъект и метод психологии». Задача психологии как субъекта познания не только констатировать необходимость соответствия метода ее объекту, но и конституировать, открыть, произвести и применить его в научной практике. Потому, метод как и предмет является функцией субъекта, изменяющимся и развивающимся продуктом его творческих усилий. При этом важно выдерживать категориальную субординацию и не позволять методу определять и, тем более, подменять предмет психологии. Развитие методологии может стимулировать развитие теории, успех в разработке метода науки может обусловить новое видение ею своего предмета. Но только обусловить и не. «Предмет и метод психологии». Эта пара в своем существовании и развитии онтологически как бы зависит от объекта, а гносеологически определяется субъектом познавательного процесса. Предмет не статичен, он есть движение проникновения субъекта познания в сущность психической жизни. Метод есть путь, по которому субъект психология направляет это движение внутри объекта психики. Итак, обращая взор на то, что составляет ее фундамент и делает ее самодостаточным субъектом познания, психология вряд ли может сегодня позволить себе нечеткость, двусмысленность в определении своего объекта, предмета и метода. При этом способ рассмотрения этих судьбоносных для нашей науки вопросов ныне строится преимущественно по принципу проб и ошибок или по принципу «встряхивания», успешно применяемого в детском калейдоскопе. Достаточно встряхнуть смесь «осколочков» от марксистской, экзистенциальной, феноменологической, глубинной, вершинной и других психологий и, в результате, можно получить иногда простую, иногда довольно сложную, но, что важно, всегда непредсказуемую, а значит, - новую комбинацию. Сколько встряхиваний - столько новых представлений о предмете и методе психологии. Если же умножить количество встряхиваний на количество встряхивающих, то получается вполне «постмодерный» портрет предмета и метода науки психологии, с его «симулякрами» и «ризомами», а также недвусмысленными намеками, в духе Фуко, по поводу «смерти субъекта». В своем исследовании мы придерживаемся традиционной ориентации, отдавая предпочтение в определении предмета психологии «сущностному» подходу, который в данной работе находит свою содержательную конкретизацию в представлении о человеке как субъекте психической жизни. Этот понятийно-категориальный конструкт выполняет особую роль сущностно-предметной линзы-матрицы, через которую психология как субъект всматривается и проникает в свой объект. В этом смысле даже простейшие, генетически исходные психические феномены могут быть адекватно «распредмечены», если рассмотрение их производится в контексте субъектно-психологической предметной парадигмы - как фрагменты или моменты движения к субъектности - высшему сущностному критерию определения качественного своеобразия психического. Принцип субъектности составляет то «внутреннее условие» в научной психологии, через которое она «преломляет» противостоящую ей психическую действительность как объективно и независимо от нее существующее сущее. Предметное значение категории субъектности заключается в том, что в нее как в точку может сворачиваться из нее же может разворачиваться вся психическая вселенная. Она вбирает в себя, «снимает в себе» все сущностные определения психического во всей его полноте и многообразии проявлений. «Восходи - нисходя», - учил известный индийский философ и психолог Шри Ауробиндо Гхош. Данная формула помогает наглядно представить связь, которая существует между объектом и предметом психологической науки. «Нисходя» в свой объект, психология погружается в бездонные глубины психической жизни, открывая там для себя все новые феномены, устанавливая новые закономерности, одновременно уточняя и проясняя открытое. Однако, все эти результаты проникновений в глубины и просторы психического что выступает предметом конкретных научных изысканий она не только хранит для себя, не только делится ими с другими науками или дарует их общественной практике, но отправляет, образно говоря, «наверх», в «Лабораторию исследования сущности психического и предельных возможностей его развития». Почему именно так называется эта «Лаборатория»? Почему при определении сущности психического, возникает вопрос о высшем предельно возможном уровне развитии психики? Высшая сущность психического открывается психологии не сразу и не во. Не исключено, что до конца эта сущность никогда постигнута и не будет, ибо тайны психики имеют тенденцию не только скрываться, но и множиться по мере ее развития. Однако, в зависимости от понимания предельной сущностной характеристики психического как сущего получают определенную интерпретацию все известные психические феномены. Так, сказав себе, что сущность психического - в его способности отражать объективную реальность, мы нашу психическую жизнь можем ограничить рамками познавательной активности. Если прибавим к отражению еще и регуляцию, - то психическое предстанет пред нами как механизм, позволяющий человеку ориентироваться и приноравливаться к природной, социальной среде, достигать равновесия с самим. Если на новом уровне психологического познания сущностной чертой психического устанавливается сознательная преобразовательная, созидательная, творческая душевно-духовная деятельность человека, то именно эта черта выступает главным критерием оценки имеющихся знаний и главным ориентиром в последующих психологических исследованиях. Куда же можно отнести с наибольшим правом последнюю причинность, вопрошал Кант, если не туда, где находится также высшая причинность, т. И именно она есть высшим сущностным критерием, по которому мир психический отличается от всякого иного мира. Последнее время в психологии получила развитие тенденция разотождествления понятий деятельности и ее субъекта, стремление представить их как единство, но не тождество. Это означает требование за проявлениями любой деятельности видеть деятеля, за актами творчества - творца. И, если действительно «сначала было дело», то психологии не может быть не интересно, кто это дело сделал, если поступок или подвиг, то кто их совершил, а если слово, то кто его сказал, когда, кому и. Не психика вообще, а то в ней, что со временем достигает уровня сознающего себя субъекта, является носителем, центратором и движущей силой психической жизни. Он решает что, как, с кем, зачем и когда следует делать. Он оценивает результаты своей активности интегрирует их в собственном опыте. Он избирательно инициативно вступает во взаимодействие с миром. Онтологический императив «быть субъектом» есть общечеловеческим выражением суверенности действительного человека, ответственного за результаты своих деяний, изначально «виновного» во всем, что от него зависит и не имеющего «алиби в бытии» Потому, если говорить о своеобразии психической реальности, сравнивая ее с иными формами бытия сущего, то именно субъектное определение психической жизни человека венчает пирамиду ее сущностных характеристик, а значит, имеет полное право содержательно представлять предметное ядро психологической науки. При этом другие, ранее или иначе сформулированные определения предмета психологии не отбрасываются, а переосмысливаются и сохраняются в субъектном его варианте в «снятом» виде. «Восхождение» к субъектному уровню определения предмета психологии, с одной стороны, позво­ляет, а с другой, - требует переосмыслить все, доселе открытое психологией в ее объекте - психике. Появление новых пластов бытия в процессе развития приводит к тому, что и предыдущие выступают в новом качестве Это значит, что вся психика в ее становлении, функционировании и развитии, начиная с простейших психических реакций и заканчивая сложнейшими движениями души и духа, есть по сути развертывающаяся и утверждающая себя особого рода субъектность, воплощенная в форме свободного Я-творчества. Субъектная специфика метода психологической науки состоит в том, что она не только созерцает, не только исследует всеми доступными ей средствами и способами наличную психическую реальность, но, в конечном счете, на высших уровнях стремится постичь эту реальность путем творения ее новых форм и тем самым восходит к исследованию собственных возможностей научно-психологического творчества На этом пиковом уровне происходит как бы естественное сочленение изначально условно разобщенных представлений о психологии как субъекте познания, об ее объекте, предмете и методе. Это и есть самое себя познающая и творящая психика - высший субъектный синтез психологической науки и практики психической жизни. Через подобного рода анализ и синтез происходит развитие представлений об объекте, предмете и методе психологии как субъекта познания. Началом, которое создает внутреннюю энергетику, задает динамику и определяет вектор этому самодвижению, выступает научное представление о субъектной природе психического. Подлинно гуманистический и, непременно, оптимистический взгляд на природу человека, вера в позитивную перспективу его личного исторического роста открывает, на наш взгляд, возможность и делает необходимым субъектное истолкование предмета и метода психологии как самостоятельной науки. Следует думать, что именно при таком подходе психология сможет обнаружить присущую ей значимость как для других наук, так и для себя. О субъекте психической деятельности. Цитируется по «Психологическая наука в России ХХ столетия: проблемы теории истории. Предмет и метод психологии с позиций субъектного похода. Психология в субъектном измерении. Сведения об авторе: Татенко Виталий Александрович - доктор психологических наук, профессор, член-корреспондент АПН Украины, главный научный сотрудник Института социальной и политической психологии АПН Украины. Домашний адрес: Украина, Киев - 03057, пер. Статья опубликована: Татенко В.

Смотрите также:



Коментарии: